«Никитинский  субботник»               Художник К.Юон

                                                                                                                                                                                                                                                                                                              В Доме журналиста работал большой энтузиаст организации экскурсий — Александр Федорович Лоритто. Он водил  по Москве, да и за ее пределы, открывая то, что было забыто или утаивалось многие годы.  Однажды в начале хрущевской оттепели он повел нас во Вспольный переулок, где жила Евдоксия Федоровна Никитина. Ее имя вошло в историю культуры за организацию литературного объединения. Занимаясь преподавательской деятельностью  в Московском университете, она еще в 1914 году создала  объединение, которое впоследствии получило название     » Никитинские субботники». Выпускники Университета, питавшие склонность к искусству, встречались здесь с  очень известными  писателями, деятелями  театра, художниками , музыкантами. В 30-е годы прошедшего столетия  по хорошо понятным причинам литературный салон пришлось закрыть . Весь свой архив Евдоксия Федоровна  сумела сохранить  и впоследствии передать   в дар государству.     Весьма пожилая, но все еще полная искрометной энергии  хозяйка квартиры,  приняла нас очень тепло, много интересного  рассказала.   Поскольку я всегда был поклонником  Московского Художественного театра, память сохранила ее  рассказы о  двух  выдающихся деятелях этого театра.  То, что рассказал когда-то  Владимир  Иванович  Немирович-Данченко, мне показалось фантазией. Я сходил в музей -библиотеку МХАТа, порылся в книгах, поговорил со специалистами и  меня убедили, что такое могло быть.     Юный Немирович приехал в Париж, был в Лувре, осмотрел все достопримечательности  города, а затем  отправился в Булонский лес. Молодые мамы и гувернантки выгуливали детей.   Внимание  юноши  привлекла  пожилая красивая дама, одиноко сидевшая на скамейке и читавшая книгу. Из глубины аллеи показался пожилой господин, который неторопливо шел, опираясь на трость. Увидя даму, он  тотчас же направился к ней. Поклонившись, стал что-то говорить.  Дама всем своим видом  дала понять, что не желает с ним разговаривать.  Резко повернувшись,  господин стал удаляться.     Юный Немирович, стремительно вскочив, подбежал к даме и на  не очень чистом французском языке сказал, что, если господин чем-то ее обидел, он готов защитить ее честь. Внимательно посмотрев на юного рыцаря,  дама спросила: » Вы — русский?» и, получив  утвердительный ответ, произнесла :  » Этот господин  — Дантес, а   я — Анна Керн».                                                                                                                                                                            А вот другой рассказ Никитиной. Однажды раздался  телефонный звонок,  и Никитина, взяв трубку, услышала голос, который ни с кем нельзя было спутать. Ей позвонил великий  мхатовец Василий Иванович  Качалов. Он попросил разрешения присутствовать на очередном » Никитинском субботнике» и, чтобы не нарушать сложившуюся традицию, выразил готовность почитать свои стихи.  «Вы не представляете, какое наслаждение  испытали мы, слушая  Василия Ивановича.  То, что Качалов пишет стихи, мы узнали впервые.  Обожали его, как актера. Но в тот вечер он очаровал нас и как  поэт» . На следующее утро, убирая квартиру, хозяйка  обнаружила тетрадку со стихами, которую забыл Качалов.    » Я открыла ее, стала читать и обнаружила , что стихи довольно слабые. После этого случая,— завершила свой рассказ Евдоксия Федоровна ,— я еще раз убедилась в силе таланта  Качалова.  В его устах любое, даже  далекое от совершенства творение, становилось божественным».

Реклама