КОММУНАЛКА МОЯ, КОММУНАЛКА! Среда, Фев 27 2013 

МОЙ ДОМ НА ДМИТРОВКЕ

Пятиэтажный дом, в котором прошли мое детство и отрочество, находится в Москве на Большой Дмитровке. Его номер 9. До революции это был доходный дом А. М. Михайлова. Построен он по проекту архитектора А.Э. Эрихсона. На первом этаже находился принадлежавший Михайлову знаменитый меховой магазин, а рядом, в доме №11, тоже ему принадлежавшем, был единственный в России холодильник для хранения меховых изделий, шерстяных ковров и пр. Кстати, на лето мы сдавали туда зимние вещи. Наш дом имел два входа: парадный –- с улицы и «черный» — со двора. На ночь парадный вход запирался, проходить надо было мимо сторожа во двор, на грузовом лифте подниматься на свой этаж и через кухню входить в квартиру. Ванная комната была большая. Горячая вода поступала с помощью газовой колонки. В квартире было два туалета (один рядом с общей кухней).
Коридор — большой, что позволяло ребятне кататься на самокатах или играть «в салочки». В квартире жило семь семей. Каждая имела по одной комнате, но многие, создав внутренние перегородки, превратили их в три или четыре. Жили весьма дружно. Главным электриком в квартире был профессор Энергетического института Лев Давидович Белькинд. Медицинскую помощь всегда готова была оказать доктор Роза Аветовна Геворкян. Финансовые расчеты между жильцами за потребление электричества производил мой папа, работавший в наркомате (министерстве) финансов СССР. Представитель пролетариата – рабочий сцены Художественного театра Никулин развлекал жильцов объявлениями, которые вешал у входной двери в квартиру: «Гасите свет! Лакеев нет!», «Просьба дверь на цепочку не закрывать. У Никулина не все дома». Вскоре он поменялся жильем с преподавателем Художественного театра Анной Григорьевной Киппервар, и та стала услаждать жильцов звуками сольфеджио. К ней приходили известные и неизвестные молодые актеры. Она обучала их вокальному искусству, работала над дикцией, хотя сама говорила с очень большим акцентом. Не забыть, как она, находясь на кухне, давала задание своему брату, при этом вставляя во фразы на идиш слова на русском («возьмешь талончики мит единичкес»), и все жильцы, находившиеся на кухне, понимали суть задания в условиях карточной системы. А вот супруга профессора Белькинда Раиса Иосифовна со своим котом разговаривала только по-английски.
Семья Бутковских славилась любовью к застольям. К ним, в частности, приходила молодая певица, работавшая массовиком в парке культуры, Клавдия Шульженко. Правда, веселая жизнь у них была прервана в середине 30-х годов — Бутковского увезли на Лубянку. Как горько шутили тогда: «Самое высокое здание в Москве – Лубянка. Из нее видны Соловки». Как и у других соседей, наша комната, два окна которой выходили на улицу, была перегорожена,разделена на прихожую, детскую и основную. Когда умерла мама, папа отдал детскую комнату своим дальним родственникам, чтобы приглядывали за мной, хотя за мной ухаживала няня (постель ее за занавеской находилась в прихожей). Кстати, на занавеске я нарисовал чайку, чтобы напоминала мхатовский занавес. Родственников репрессировали, а в комнате поселилась чужая семья. Между комнатами стены были фанерные. Не только разговор, но и любой шорох слышен. Я, по своей инициативе, написал письмо в правительство, лично Молотову, и оно возымело действие. Пришли рабочие, установили капитальную стенку, но, как у нас принято, кое-что не додумали или поленились сделать. Стенку установили на общий паркетный пол, так что, если сосед снял с ноги ботинок, то слышно было прекрасно.
Наша квартира находилась на четвертом этаже, а на втором, напротив друг друга, были квартиры, где жили и работали два зубных врача. У Ципкиной зубы лечили артисты Большого театра. У Талдыкиной –- мхатовцы. Я, конечно, ходил к Талдыкиной, потому что был поклонником этого театра, и когда встречал там любимых артистов, зубная боль как-то порою сама исчезала. Еще одно интересное воспоминание. В соседней квартире жили с родителями мой школьный приятель Володя Гуревич и его младший брат Карлуша. В комнате висела фотография, на которой запечатлен их отец в большой группе людей, впереди которой был то ли Ленин, то ли Сталин. Всякий раз, когда я взглядывал на эту фотографию, видел, как увеличивалось число лиц, замазанных чернилами или тушью. Честно признаюсь, политика меня не интересовала. Был непослушным бузотером. Из-за этого, когда ученики моего класса дружно вступали в комсомол, я не был принят.
И только перед окончанием школы меня приняли в комсомол, но не на школьном собрании, а в райкоме комсомола. За меня ходатайствовал сосед по квартире старый большевик Аветис Павлович Геворкян. Кстати, его маленького внука Карена я «обучал» игре на пианино, но, к счастью, не привил ему отвращение к музыке.
О другой коммуналке на Арбате, где провел еще более счастливые годы жизни, расскажу отдельно.

Реклама

ПРИРОДОЙ НАСЛАДИЛИСЬ МЫ СПОЛНА Воскресенье, Фев 24 2013 

Садись в машину, милая моя!
А за рулем, конечно, я.
Сегодня дивная погода!
Покинем город, нас зовет природа!

Ты посмотри внимательно по сторонам:
Какая красота теперь открылась нам!
Кругом все в зелени, весною небо дышит,
А ветер нежно травушку колышет.

Но, что такое? Нет дороги прямо.
Забор высокий, у ворот охрана.
А в глубине виднеется дворец…
Чудесному шоссе пришел конец.

Теперь другой дорогой колесить придется.
Хоть от колдобин машина вся трясется.
Но ехать нам осталось пустяки!
Мы погуляем по берегу реки.

Но что такое, елки—палки!
Свинья какая-то устроила здесь свалку.
Другого места не нашла, паскуда!
Скорей, скорей поехали отсюда!

Но что такое? Вновь преграда.
Деревья рубят, сплошь ограда.
Коттеджи строят для элиты…
Пути к реке для нас все перекрыты!

Плутали долго, но нашли дорогу,
Чтоб возвратиться к своему порогу.
Довольно бедную машину мучить!
Пройдемся, милая, мы по бульвару лучше!..

А впрочем, знаешь что? Нальем вина.
Природой насладились мы сполна!

ВЕРА И ЗАПОРОЖЕЦ (2) - копия

Машину покидать нет у нее желания,
Тем более, для возлияния.

PS. Если хотите послушать звукозапись этой песни, войдите в мой блог  «С Верой по жизни»: //vrochko.tumblr.com//

ДАРЫ КОРОЛЕВЫ РОЖДАЛИ ПРОБЛЕМЫ Понедельник, Фев 11 2013 

Бельгийская королева Елизавета

ФОТО076В 1958 году королева Бельгии Елизавета посетила Москву. К тому времени ей было уже 82 года. Время визита выбрано не случайно. По натуре она была человеком весьма музыкальным, любила играть на скрипке, общалась с очень известными музыкантами, старалась всегда быть в курсе того, что происходит в мире культуры   В это время в Москве открылся первый Международный конкурс имени П.И. Чайковского. Елизавета стала его почетным гостем. В конкурсе блестяще выступил юный американский пианист Ван Клиберн и занял первое место.Королева Елизавета значительно ранее этого события сама явилась основателем Международного конкурса скрипачей и пианистов, которому впоследствии было присвоено ее имя. Первым лауреатом конкурса стал Давид Ойстрах, потом Эмиль Гилельс, Леонид Коган.
Елизавету Бельгийскую в цивилизованном мире уважали за то, что во время Второй мировой войны она совершила мужественный поступок — спасала  еврейских детей, да и не только детей, от уничтожения. Государство Израиль присвоило ей почетное звание «Праведник народов мира». Когда писателя   Бориса Пастернака стали преследовать, собирались исключить из Союза писателей, бельгийская королева обратилась в его защиту к советскому руководству. Будучи по натуре необычайно добрым человеком, королева завещала выдающемуся скрипачу Давиду Ойстраху свою скрипку Страдивари, рояль, письменный стол и др. Она искренне преклонялась перед его талантом. Кстати, изучив русский язык, королева Елизавета письма писала ему только на русском языке. Она подарила Ойстраху вышитый своими руками платок, который скрипачи кладут между подбородком и скрипкой (в записке она написала: «Платоки для положить между подбородка и скрипка»). После смерти Давида Ойстраха его сын — скрипач и дирижер Игорь Ойстрах — обратился в Центральный музей музыкальной культуры имени Глинки с просьбой открыть там мемориальный кабинет и поместить в нем подарки королевы. В течение восемнадцати лет он получал один и тот же ответ: свободной комнаты  для этого не имеется. И лишь в 1992 году, благодаря личному вмешательству Мстислава Ростроповича, проблема была решена — комнату нашли. Несмотря на преклонный возраст, королева стремилась за время пребывания  в Москве как можно больше повидать, посмотреть, пообщаться с деятелям культуры. Как-то у нее возникло желание посетить московский родильный дом  и посмотреть, какие там условия: Елизавета была дочерью врача. Ее привезли  в роддом, что находился близ станции метро, носящей ныне название     Алексеевская. Зайдя в одну из палат, королева подошла к молодой роженице, поздравила ее с рождением дочки и спросила, какое имя та решила дать своему    чаду. Сообразительная мамаша ответила: «Назову ее Елизаветой, в Вашу честь!» Королева тотчас, обратившись к работнику бельгийского посольства, дала   указание доставить молодой матери мебельный гарнитур. Вот тут и начались проблемы! Дело в том, что роженица не имела собственного жилья, а ютилась     в общежитии. Пришлось властям срочно предоставить ей отдельную квартиру,    да еще таких размеров, чтобы туда мог уместиться мебельный гарнитур, подаренный королевой. Бедные работники исполкома! На них двинулась волна возмущенных и разгневанных очередников, годами дожидавшихся  хоть какого-то жилья! Елизавета была мудрой женщиной, но даже она не могла предположить,   что ее желание сделать доброе дело приведет к конфликту с нашей   советской действительностью. И королевские дары порой создают проблемы…                                                                                                                                                                             Виталий РОЧКО, Россия. Очерк «Королева Елизавета и советская действительность» был опубликован в журнале Алеф №1014