ПУТЬ К ПРОЗРЕНИЮ Суббота, Янв 18 2014 

Когда появились у меня проблемы со зрением, пошел в районную поликлинику к окулисту. Он дал мне направление в глазную клинику. Вместе с женой, которая меня одного не отпустила, пришел туда, занял очередь. Рядом старушка, прикрывающая свой глаз носовым платком. Спрашиваю, что у нее с глазом. «Мне сделали здесь операцию, а глаз так болит, так болит и весь красный» — отвечает она. Обращаюсь к другой женщине. Ответ примерно такой же. «Вера! Пошли отсюда!» — говорю супруге, и мы покидаем навсегда это известное в Москве лечебное заведение. К счастью, у моей любимой такой проблемы не было. В поликлинике, к которой она была прикреплена, ее раз в квартал обследовала чудесный окулист Людмила Александровна Шмелева. И Вера до конца своей жизни, благодаря ей, сохранила зрение без всяких операций, лишь постоянно закапывая в свои глаза прописываемые капли. Низкий поклон и великая благодарность доктору Шмелевой! Хотя с тех пор прошли годы, каждый праздник я звоню ей в поликлинику и выражаю свои чувства и добрые пожелания. Людмила Александровна помогла не только моей жене, но и мне. Когда Вера в очередной раз должна была посетить глазного врача, я, как всегда, ее сопровождал. Когда подошла ее очередь, ушла в кабинет, но через какое-то время, выйдя из него, обратилась ко мне: «Зайди! Тебя хочет посмотреть Шмелева!». Людмила Александровна проверила мои глаза и сказала, что надо срочно принять меры, чтобы не потерял зрение. Она выписала мне направление в глазную больницу, хотя я не состоял на учете в этой поликлинике. Клянусь! Это было сделано безвозмездно, хотя современным читателям поверить этому трудно, поскольку иные царят нравы. Когда я пришел в это очень уважаемое медицинское учреждение и прошел там обследование, глазной врач сказала мне: « Если хотите видеть, у нас операцию не делайте! Врачи хорошие, опытные специалисты, но оборудование у нас – жутко устаревшее!». Великая благодарность и этому врачу, к тому же еще и смелой женщине. Верно служит она клятве Гиппократа, а это ведь ныне большая редкость. Когда я, наконец, получил возможность оформить визит в платную клинику и прошел там обследование, глазной врач мне посоветовал: хотя, как инвалиду войны, мне полагались льготы, не жмотничать. Что я и сделал. На операцию двух глаз затратил весьма солидную сумму денег, но зато теперь могу при желании читать без очков. Забавно и грустно, что, когда я передал социальному работнику заявление и все чеки за оказанные мне в клинике услуги, чтобы по страховке хоть что-то возместили, мне предложили представить кучу документов, в частности, сообщить каков заработок у сына, давно проживающего за рубежом. И при этом мне будет компенсирована мизерная часть затрат. Конечно, я плюнул и не стал ничего предпринимать. А вот дорогим моим целителям я благодарен по гроб! Умышленно не стал я называть лечебные учреждения – не столько из-за опасения, что обвинят в рекламе, сколько из-за боязни нанести вред врачам. Ведь их бескорыстная помощь может быть расценена некоторыми, как нанесение ущерба авторитету не только этих заведений, но и всей современной российской медицине. В этой связи на ум приходит один из бессмертных афоризмов Фаины Раневской. На вопрос: «Медицина делает успехи?», ответила: «А как же! В молодости у врача мне каждый раз приходилось раздеваться. А теперь достаточно язык показать!».

Врач и пациент
Карикатура взята из Интернета

Реклама

СЕМИНАР ЮНЫХ ПОЭТОВ Воскресенье, Янв 12 2014 

Во время учебы в институте я подружился со студентом Олегом Некорыстенко. Он был на курс старше. К сожалению, окончить институт ему не удалось — от ранения, полученного на фронте в легкие, юным ушел в мир иной. С Олегом мы ходили обедать в столовую для инвалидов войны, сдавая туда талончики от продовольственных карточек. Находилась она близ Садово-Самотечной улицы. Директриса должна была прикреплять к столовой лишь жителей данного района, но нарушала предписание. Посетителями были в основном студенты высших учебных заведений, в частности, Московского университета, Консерватории. Мы знакомились друг с другом, беседовали, спорили. В общем, получали не столько материальную, сколько духовную пищу. Любители поэзии стали посещать семинар, который вел поэт Сергей Васильев. Олег Некорыстенко сочинял стихи под псевдонимом Олег Полевой. Я этим увлечен не был, но семинар с удовольствием посещал. Мы собирались в здании, что находилось рядом с выходом из станции метро «Лубянская»(тогда она называлась «Дзержинская»).
Среди тех, с кем познакомился, были юные поэты Александр Межиров, Наум Коржавин (его мы звали — Нёмка Мандель), Вероника Тушнова, Александр Вольпин (сын Есенина) и др. В заднем ряду всегда сидел поэт Алексей Крученых, который, говоря словами его друга Владимира Маяковского, «всегда готов бежать за комсомолом». Стихи юных поэтов, в основном, были посвящены только что закончившейся войне. Коржавин читал собравшимся: «Я лежу в пристрелянном кювете./ Снег седой щетиной на скуле./ Где-то человек живет на свете —/ На моей красавице земле!». Еще не родились тогда у него бессмертные строки: «Какая сука разбудила Ленина?», «Нельзя в России никого будить». Перед нами выступал Константин Симонов. Но выступление ему пришлось немного скомкать, так как из-за двери ему сделала знак киноактриса Валентина Серова, и он быстро свернул встречу. Поэт Семен Гудзенко очень живо общался с нами, насыщал наши мозги полезной информацией, а потом прочел свое стихотворение: «Нас не надо жалеть, ведь и мы б никого не жалели». Во время наших встреч мы не только слушали юных поэтов, но и обсуждали, спорили, поправляли, если находили какие-то недостатки. Однажды со своими стихами выступил паренек, явно студент технического вуза. Сергей Васильев попросил высказать мнение о его стихах. Не помню кто, но сходу один из участников встречи выдал экспромтом: «Стихи его индифферентны./Такими будут и всегда./ В них номинально – турбулентно – /эквивалентная вода». Я несколько информативно рассказал о семинаре, потому что о поэтах, которые участвовали в нем, читатель может узнать, непосредственно ознакомившись с их творчеством, а также из научных трудов профессионалов (все это легко найти в Интернете). Моя цель в другом — хотя жизнь наша тогда была далеко не сытная, но главным для нас, выжившим в страшной войне, было не наполнение желудка, а духовная пища. Хотелось полнокровно жить, а не существовать!